Стандарт русской борзой – голословность и обоснованность



Стандарт русской борзой – голословность и обоснованность


 

В мае 2009 года на сайте Ассоциации «Росохотрыболовсоюз» были представлены проекты нормативных документов по охотничьему собаководству. Мой интерес привлекли такие документы, как  Стандарт на породу русская псовая борзая и «Правила проведения испытаний борзых собак по вольному зверю». После прочтения этих документов я полагала, что в прессе и на страницах электронных СМИ разгорится бурная дискуссия. Но данные документы удостоились лишь  комментариев немногочисленной группы лиц, что странно при обсуждении столь важных документов, по которым предстоит жить дальше не только охотничьему собаководству в целом, но и борзятникам.

В РОГе по этой теме были опубликованы две статьи: А.А.Оболенского и А.В.Шубкиной. С огромным интересом я ждала статью А.В.Шубкиной, анонсированную на форуме сайта «Борзые МООиР», ведь Анна Владимировна - кандидат биологических наук, эксперт по породам и испытаниям борзых, борзятник с огромным опытом. Но, к сожалению, её статья мало чем отличалась от привычно-«обличительной» статьи А.А.Оболенского; в ней было много эмоций, а аргументированных и обоснованных замечаний, а так же предложений к Проекту Стандарта, не последовало.

Действительно интересными, аргументированными оказались комментарии эксперта Всесоюзной категории В.В.Беделя к Проекту Стандарта на породу русская псовая борзая, опубликованные не в периодике, а лишь на сайте «Борзые МООиР». Не могу не согласиться со многими  справедливыми замечаниями Валерия Владимировича. Так, например, по поводу того, что в Проекте Стандарта перепутаны такие два понятия, как  формат и индекс растянутости Валерий Владимирович замечает: «Формат выражается словами: квадратный, растянутый, индекс же растянутости – цифрами: 102, 105». Также, совершенно справедливо его замечание и о том, что в заголовке раздела «Общий вид, рост, тип конституции»  тип конституции упомянут, но в тексте раздела о нем нет ни слова. В своих комментариях В.В.Бедель отмечает: «Вместо этого использованы термины «сухая», «крепкая». Сказать о собаке, что она «крепкая», значит, ничего не сказать. Любую хорошо выращенную собаку можно назвать крепкой. Другое дело, «тип конституции крепкий», это говорит уже о многом – о высшей нервной деятельности, об особенностях физиологических процессов, о развитии костяка и подкожной клетчатки, о поведении и т.д.». Лично мне очень отрадно, что В.В.Бедель - единственный  из трёх критиков Проекта Стандарта - поддерживает изменение в Проекте пределов роста русских псовых в сторону их понижения  и даже предлагает уменьшить нижний предел роста. Безусловное согласие вызывает и этот пункт в комментариях В.В. Беделя: «Побуждая селекционеров-кинологов вести работу с собаками в направлении удлинения спины и укорочения поясницы, а также понижения тазобедренного сустава, Е.Ерусалимский не отдает себе отчета в том, что это приведет к непредсказуемым изменениям всего организма собаки, в том числе физиологических процессов в нем и его нервной системы». Складывается впечатление, что, в пылу дискуссии с Е.Ерусалимским, В.В.Бедель не заметил, что авторами Проекта предлагается такая формулировка: «У гармонично сложенной собаки спина и поясница по длине примерно равны», и такая формулировка никак не предполагает укорочение поясницы. Высокопередость в Проекте определена как недостаток или порок, в зависимости от степени выраженности. В этой части В.В. Бедель и авторы Проекта, определяя высокопердость в разряд пороков и недостатков, вполне солидарны. А главное правы, т.к. в специализированных изданиях XVIII-IX века, дающих нам описание борзых «старинного типа», часто можно прочесть: «кобелю должно наперёд упасть, а сука должна быть в колодке» - это значит,  что высокопередость не является достоинством псовой борзой собаки; более того, кобель, при правильной линии верха, должен быть чуть низкоперед, а у суки высота в холке и маклаках должна быть равна. С.В. Озеров в своей статье «К рисунку типичные современные псовые борзые», опубликованной в 1896 году в №13 журнала «Псовая и ружейная охота» писал: «Верх у кобелей, отнюдь не горбоватый, а правильный выпуклостью станового хребта, которая увеличивается для глаза не горбом, а некоторою низкопередостью, типичной псовой собаке. У суки желательно спину попрямее – поскамьистее, но и в кобелиных статьях они не порочны.». В общем, для псовой борзой скорее характерна низкопередость, чем понижение тазобедренного сустава.

Также я поддерживаю ещё некоторые замечания, указанные в его комментариях, но в рамках статьи, думаю, что не уместно перечислять все эти пункты;  мои комментарии к Проекту  направлены в РОРС.

Но ряд замечаний В.В.Беделя к Проекту вызвал у меня удивление и непонимание. Поэтому на этих замечаниях мне хотелось бы остановиться подробнее. Так, например, анализируя часть «Преамбула стандарта», Валерий Владимирович пишет: «Откуда в стандарте взялись польские харты? Они в XIX веке и ранее представляли собой невообразимую мешанину прибалтийских брудастых борзых, южных короткошерстных и, возможно, крымок из Бессарабии. Скорее, к псовым подливали крови именно прибалтийских собак и хортых с юга России, но никак не польских выборзков.  Утверждается, что к 1870-м гг. чистокровных псовых остались единицы. Чистокровных собак, т.е. обладающих пятью–шестью коленами зафиксированных в родословных однопородных предков, в XIX веке в России (да и нигде) вообще не было».

Убеждена, что в данном случае в Проекте речь идет не о наличии родословных документов на собак (у многих российских собак того времени «аттестатов» не было), а о КРОВНОСТИ собак того периода.

Здесь надо отметить, что межпородные скрещивания практиковались не только в XIX веке, начались они гораздо раньше. Ярким примером такого подхода к ведению пород в России в XVIII веке является рассказ «Зверь - борзой волкодав, принадлежавший бригадиру князю Гаврилу Федотовичу Борятинскому», опубликованный в «Журнале коннозаводства и охоты» в 1842 году. Автор рассказа - внук князя Барятинского С.П. Жихарев - описывает травлю матерого волка борзым кобелём по кличке Зверь, происходившим от псовой суки и ирландского волкодава Рид-Капа. Документов, содержащих информацию о реальном ведении породы в XVIII веке, сохранилось не много. Прежде всего, известен «Реестр, сколько в Москве, при псовой охоте Ея Императорского Величества охоте и собственной Его Превосхрдительства Кабинетного Министра и Обер-Егермейстера Артемия Волынского, собак налицо и что из которых, по рассмотрении Его Превосходительства, размечено оставить впредь в охоте и взять в Петерберг и сбыть со двора», датируемый 1739 годом. В этом документе нужную для нас информацию мы можем найти в перечислении молодняка, где не указаны клички приплода, но указано их происхождение. Так, например, в «Реестре» можно прочесть следующее: «молодые хортые приплодные в 737 году от курлянского брудастого чубаропегого кобеля Свирепа и от хортой польской суки Завидки», или «кобель чернопегий хортый от Галь-Феста (лошая собака – прим. автора) и от хортой чёрной суки» и т.д. Также интересны для нас письма А.П.Волынского и князя С.А.Салтыкова,  опубликованные в «Журнале охоты» (ред.Мин) в ноябре 1859 года. Так, например, А.П.Волынский в письме своем С.А.Салтыкову от 31.10.1734 года пишет: «…прошу пожаловать и отписать мне пустовала ли у Вас моя сука Алегра, которая ныне ко мне привезена, понеже я для того держу, чтоб мне зблюсть с кобелём польского посла графа Завиша». Именно XVIII век характерен тем, что к псовым борзым более приливались крови  западных борзых собак, в большей степени - брудастых, курляндских, английских и польских борзых.

В этом смысле мало что изменилось и в XIX веке, с той лишь разницей, что в начале века к псовым начали приливать, вместо западных, в большей степени восточных борзых - горских и крымских вислоушек. Подтверждений такому подходу в ведении породы, продолжавшемуся и в XIX веке, достаточно в дореволюционных специализированных охотничьих изданиях и периодике. Левшин в своей «Книге для охотников», изданной в  первой трети XIX века, пишет: «ныне породные собаки редки, ибо охотники сделались непостоянны и блюдут лучших сук с кобелями резвыми, хотя неизвестной породы...». Весной этого года на страницах РОГа выходила статья В.Самошина «Молчи, грусть, молчи», в которой он затрагивал эту тему, ссылаясь на отчеты с дореволюционных выставок и публикации в периодике того периода. В частности он пишет: «Ведь именно ко второй половине XIX в. относятся слова П.М. Мачеварианова о «погибающей породе русских псовых собак». Подтверждение правильности этих слов можно найти в отчетах о выставках тех лет, которые буквально пестрят такими нелестными для борзых характеристиками, как «грубоват», «голова с прилобью», «мало согнутые задние ноги», «закрюковатое правило», «малый глаз» и прочее./…/ Вот что писал по этому поводу один охотничий автор в 1862 (!) году: «Я видел до пятидесяти  охот в средней России, т.е. в губерниях Саратовской, Пензенской, Тамбовской, Тульской и Орловской. В этом множестве осмотренных мною борзых собак не только нет ни одной  породной псовой – нет даже красивой собою полупсовой. Широкий лоб, торчащие по бокам головы уши, короткий и толстый щипец, то поднимающийся кверху, то с шишками, наростами и горбинами, маленькие свиные глаза, на спине «переслежина», хвост крючком, ноги кривые – вот каких собак вывели современные (середина XIX века – В.С.) охотники с  примесью горских, английских, анатолийских собак!» (А. В-ъ. «Журнал охоты», 1862 г., т. VIII, № 43, с. 8)».

Подтверждение такому положению дел в породе в XIX веке мы можем найти и в публикациях дореволюционных борзятников, которые активно сотрудничали со многими охотничьими изданиями того периода.

 «Журнал охоты» № 4 1874г. «Заметки по поводу выставки собак в декабре 1874 года», А.Е. Корш: «Первая премия назначена за лучшего густопсового кобеля, что затруднительно, т.к. чистокровных густопсовых почти не осталось, большинство русских борзых перемешано с горками и крымками./…../ Излишне назначать премию за лучшего чистопсового кобеля, т.к. это помесь густопсовой и английской борзой».

 

  «Журнал охоты» 1878г. «Последние густопсовые», Н.П. Ермолов: «В настоящее время почти с полной уверенностью можно сказать, что чистопородных псовых у нас уже нет. На выставках их не было и в «Журнале охоты» ни один псовый охотник не заявил о существовании у кого бы то ни было хотя немногих экземпляров этой старинной породы».

«Природа и охота» 1878г. «Идеалы псовых собак», А.С.Вышеславцев: «Где же эти потомки красавцев собак, от чего счастливые обладатели их не сохранили эту породу?.. Ответ на это был высказан мною не раз: у охотников вошло в моду примешивать к своим псовым собакам горских и английских, и чистая порода исчезла; забыли пословицу, что «от добра добра не ищут». Мне досталось 2, 3 потомка Сарвана и были у меня Награда, Удалой, Хват, но потом болезни уничтожили некоторых из них, чистой породы достать уже было неокуда, и пришлось довольствоваться смесью. Я осмотрел больше 20 охот начиная с Новгородской, Костромской и Ярославской губернии, до Пензенской и Саратовской, и ни в одной не нашел кровную псовую собаку, а выставок тогда не было. Удалой был «последний из Могикан»».

  «Природа и охота» 1886г. «Всё о том же», Д.П.Вальцов: «...Я был горячим противником разделения собак на выставках на густо- и чисто-псовых, по убеждению, что ни чистокровной густопсовой, ни чистопсовой (как самостоятельно установившейся породы) в настоящее время не существует».

Плачевное состояние дел в породе описывает В.Томилин в своей повести «Розыски густопсовой», опубликованной на страницах журнала «Природа и охота», вышедшем в январе-феврале 1891 года.

«Журнал охоты» (ред. Корш) 1891г. «Былое и настоящее», Д.Челищев: «При учреждении Императорского общества правильной охоты все его члены положили стремиться к возобновлению утраченной псовой породы старинных русских собак. Наступает XVIII очередная выставка, а кто же из охотников достиг этой цели? На выставках много представлялось лохматых и курчавых собак, но разве это те старинные пcовые о которых мечтали?»

"Псовая и ружейная охота" 1895г. «Роль породистости собаководстве борзых», А. К. Болдарев:   «…англичане имеют в своем распоряжении собаку чистокровную, наша же теперешняя псовая представляет полную мешанину. По крайней мере из всей массы собак, которых я видел на садках, выставках и дома у владельцев, едва ли наберется дюжина, у которых в головах, ушах, правилах, или в псовине не сказывалась бы примесь. А, следовательно, помня, что наша собака не чистокровная, надо именно с этой точки смотреть на нее при подборе производителей».

"Псовая и ружейная охота" 1895 г. «Взгляд на прошлое и настоящее нашего псового отдела» С.В. Озеров «… я видел не мало хороших собак, знаю почти наизусть родословные лучших из них, но, положа руку на сердце, не могу признать этих лучших собак за то, что считают породой. Стоит увидеть однопометников современных лучших собак и их потомство, не отборное, конечно, в количестве 1-2, и впечатление потеряно, перед вами не порода, а удачный, или если хотите хороший экземпляр псовой собаки»

Н.П.Ермолов в 1888 году в своём описании «Современных  псовых борзых» пишет: «Чистопородных псовых уже нет, во всех современных псовых есть примеси – или хортых, или горских. Примеси хортых с Запада, из Польши,  начались, вероятно, прежде, но и восточные примеси около столетия появились в Приволжских губерниях. На четырнадцати Московских выставках императорского общества правильной охоты не появилось ни одной чистокровной псовой».

 

Кстати,  именно в этом описании Н.П.Ермолова ещё раз появляется упоминание о том, что к псовым борзым примешивались «хортые с запада из Польши».

П.М.Губин в своем «Полном руководстве ко псовой охоте» (1891г.) в части 2, главе 7 «Хортые борзые» пишет: «под словом «хортая борзая» русские псовые охотники всегда подразумевали польскую борзую собаку». Возможно именно поэтому авторы Проекта Стандарта во Введении, не вдаваясь в тонкости терминологии, написали о польском харте, чтобы читателю было понятно, что речь идет о польской хортой, ведь в том, что в XVIII веке межпородные скрещивания велись исключительно с польскими хортыми, мы убедились.

На тему утраты старого типа псовыми борзыми в результате межпородного скрещивания писали многие и многие борзятники того периода, периодика буквально пестрит статьями на эту тему. Надеюсь, что я смогла убедить уважаемого В.В.Беделя, что положение дел с кровностью псовых борзых в конце XIX века, к тому моменту, когда начал формироваться тип «современной псовой борзой», было именно таковым. Как ни обидно осознавать современным борзятникам то, что все без исключения современные псовые несут в себе крови восточных и западных борзых, но из «песни слов не выкинешь».

 

Комментируя Проект Стандарта в части «Общий вид, рост, тип конституции» и поддерживая изменение пределов роста русских псовых борзых, Валерий Владимирович пишет: «Но вот то, что одновременно уменьшен индекс растянутости (со 105 у кобелей в 1951г. до 100 – 102, а у сук со 107 до 102 – 105) – уже можно кричать караул. Стремление к квадратности противоречит исторически сложившемуся подходу к разведению борзых».

В этой части, чтобы разобраться в «исторически сложившемся подходе разведения борзых», необходимо обратиться к источникам, дающим описания псовых борзых старинного типа. Таких источников не много, но вполне достаточно, чтобы разобраться какой формат имели эти собаки.

Итак, вернёмся почти на три века назад, т.к. именно в первой трети XVIII века увидел свет «Регул, принадлежащий до псовой охоты»  фон Лессина - первый источник, дающий относительно подробное описание старинных борзых. В «Регуле» нет описаний различных пород борзых собак, этот документ разделяет собак лишь на специализированные породные группы «борзые» и «гончие». Более того, в этом документе нет вообще таких ключевых слов, в определении интересующей нас породы, как «русская», а главное - «псовая». Но «Регул» делит борзых собак на «типы» в соответствии с рабочими качествами собак, так в главе 12 и 13 дается описание таких типов борзых собак, как «статная и лихая», «короткосильная и пруткая», «рослая и видная» - эти три типа борзых собак определяются автором, как годные к работе. Глава 14 дает описание «посредственных» собак.  В 15 главе  говорится о «бестатых, похулных и нужнейших собаках» которых «не только на охотном дворе держать, поскорее отдавать наварщику». Глава 16 повествует о «либливых или слабых собаках». Качество псовины борзых собак автором описано только в 12 главе, где описываются «статные и лихие» борзые собаки, из чего явно следует, что собаки, описанные в этой главе, были псовисты.  Упоминание о формате собак есть только в главе 13, посвященной описанию «короткосильных и прутких собаках», - резвых накоротке;  собаках не таких ценных, как лихие и статные, но вполне годящихся к работе. «Кобелю надлежит быть прямо степому (? – прим. автора) и короткому/…/, суке быть верховатою, среднева же росту, притом кобелеватой, прутких собак посему примечать должно» - говорится о формате и сложке этих собак. Но, как мы знаем, что верх у псовых кобелей - такой же породный признак, как и длинная шелковистая псовина, скорее всего, указания о формате этой группы собак для нашего исследования не годятся, во всяком случае, думаю, что пока этими данными можно пренебречь.

  Вторым источником, дающим нам описание старинной псовой собаки является «Книга о содержании псовой охоты» (примерно середина XVIII века). Эта книга дошла до нас в трех редакциях и, по мнению  исследователей, является  продуктом творческой переработки «Регула» - с чем трудно не согласиться. Однако, описание формата борзых (также, как и «Регуле» борзых вообще, без деления на породы борзых) в «Книге о содержании псовой охоты» дается более подробное: «…широкая в груди и локотках и крепкого тела и не кругла или уска, вверху была широка и непереслеговата и не очень долга а кобелю что короче то и лучше. Суке борзой надлежит быть статной чтоб была длинна, длины посредственные широка и не уска хотя которая крута сука лишь бы была в себе хороша и непереслеговата /…/ А ежели худые и слабые приметы и не по пропорции долговата /…/ то в такой собаке никогда пути быть не может…».

Книга «Псовый охотник» неизвестного автора с загадочными инициалами Г.Б., вышедшая в последней трети XVIII века (1785 год), также, как и «Книга о содержании псовой охоты»,  дает довольно подробное описание формата  борзой собаки. В главе III «О узнании по статьям борзых резвых, а гончих мастеров, и о должности, предписывающей как оных содержать» автор пишет: «Борзых резвых и цепких узнать по статям, а именно:/…/ не переляка и не очень долга; а кобель что круче и короче, то красивее. Суке борзой должно быть статной, длинной и широкой: хотя которая и крутая, только в себе была бы широка, хороша и не переляка, /…/ Итак ежели сих вышеупомянутых статей собака будет, то верно знающий охотник скажет, что тупа она быть не может».

Таким образом, в источниках XVIII века о формате борзых собак говорится, что они должны быть: «не переляки и не очень долги; а кобель что круче и короче, то красивее». Суки длиннее «длины посредственные», но не в коем случае не переслегие и не перелякие (не растянутые), не возбраняется сука «крутая» - т.е. со значительной напружной.

Последующие подробные описания псовых борзых собак были даны уже в изданиях XIX века: В.А.Левшиным «Книга для охотников» (первая треть XIX века), П.М. Мачевариановым «Записки псового охотника Симбирской губернии» (1876г.), С.А. Вышеславцевым «Идеалы псовых собак» («Природа и охота» 1878г.), Н.П.Ермоловым «Современные псовые борзые» (1888г.), П.М.Губиным  «Полное руководство ко псовой охоте» (1891г.).

В XIX веке впервые в специализированной литературе и в публикациях появляются разделения псовых борзых на «обыкновенных псовых», «густо-» и «чисто-псовых», при этом авторы публикаций и изданий иногда не могут прийти к единому мнению о том, как именовать борзых «исходного», старинного типа – «густопсовыми», «чистопсовыми» или «обыкновенными псовыми». В.А.Левшин пишет: «псовые собаки разделяются на обыкновенных псовых и густопсовых. К последним, прежде всего, надлежат собаки, собственно русскими называемые, имеющие длинную шерсть в завитках, очень густую и длинную псовину на правиле». Книга В.А.Левшина интересна тем, что автор впервые говорит о борзых, называемых «собственно русскими». П.М.Мачеварианов, Н.П. Ермолов, А.Е.Корш, С.А.Вышеславцев и многие другие борзятники XIX века также называли собак старого типа «густопсовыми». Тогда как П.М.Губин собак «исходного» типа называл «чистопсовыми» и «псовыми борзыми собаками», оговаривая, однако, что вторые произошли от смешения первых (имеющих псовину короткую «немного длиннее, чем у крымской борзой») с курляндскими борзыми. Поэтому в своих поисках  нужного нам описания формата будем исходить из того, что собака должна быть псовистой.

В.А.Левшин так описывает формат густопсовых: «…степь, или хребет, длинный и широкий, особливо же у суки, ибо кобель не столько длинный считается красивейшим».

П.М.Мачеварианов в своих «Записках»  к псовым собакам относит: густопсовых, обыкновенных псовых, чистопсовых и курляндских и отмечает, что: «все стати и приметы этих четырёх видов собак одинаковы»  и указывает на разницу этих собак только по длине и качеству  псовины. Формат всей группы собак, определённой П.М.Мачевариановым, как собак «псовых», он описывает так: «Кобель должен быть короче суки и выше её на ногах. /…/ Длинный же кобель называется пряслицею, и очень некрасив в глазах охотника. Впрочем, есть кобели без верха - не крутые, но короткие, сложенные сжато и с широкой колодкой; они тоже не считаются порочными и бывают очень резвы».  Очень интересен такой момент! Пётр Михайлович готов «простить» кобелю отсутствие верха, но не растянутость.

С.А.Вышеславцев в своей публикации «Идеалы псовых собак», опубликованной в журнале «Природа и охота» в 1878г., так описывает формат кровных густопсовых борзых: «…эти стати и были, по свидетельству охотников семидесятых годов прошлого столетия (речь идет о XVIII веке – прим.автора), статями чистокровных псовых борзых: «кобель должен умещаться в равностороннем четвероугольнике (квадрате)», говорил один из наших старинных известных охотников, т.е. холка, концы пальцев передних ног и пятки задних должны составлять равносторонний четвероугольник, из которого выходит только часть шеи и голова, сука несколько длиннее, если она с небольшим верхом, то грациознее».  

Следующими документом, который должен дать нам представление о нужном формате псовой борзой собаки, нужно считать описание «Современных псовых борзых», составленное Н.П.Ермоловым в 1888 году и принятое съездом охотников за образец. Но в этом документе нет и намека на указание о формате псовых борзых собак, за исключением небольшой ремарки. В части «Степь» Николай Петрович пишет: «Сука с верхом не особенно крутым, с напружиной, при широкой брусковатой степи и просторном заду может быть очень ладна, и кобель прямостепый, не растянутый, весь собранный в комок, тоже может быть хорошим производителем».

Петр Михайлович Губин в «Полном руководстве ко псовой охоте», описывая качество псовины «псовой борзой собаки», пишет: «Псовина псовой борзой должна быть длинная, приблизительно двухвершковой длины (примерно 9 см), притом редкая, не густая, всегда мягкая, как шемаханский шелк, и непременно блестящая, серебристая, одинаково длинная как на  ребрах, мышках, шее, так и на спине…». Таким образом, в поисках нужного нам формата в описаниях П.М.Губина, будем опираться на описанный им тип «псовых борзых собак». Итак, формат собак этого типа Пётр Михайлович описывает так: «По виду кровная борзая собака должна быть громадна, мощна, псова и свирепа. Пропорционально сложенная такая борзая, если это кобель, то должен быть крутой, с верхом, страшной ширины и в комке, точно сбитый, а сука – прямостепая, широкая, с богатырской колодкой и длинная, но не перелякая, не растянутая и без всякой переслежины».

В любом отчете дореволюционных выставок, мы также сможем прочесть положительные отзывы о компактных, «комковатых» кобелях. Тогда как о длинных кобелях в отчетах пишут: «безобразно растянут», называют таких собак «саратовскими дрогами». Так, например, А.Е.Корш, описывая Алмаза Болдарева, экспонировавшегося на XI очередной выставке в Москве в 1885 году, пишет: «Алмаз, кобель краснопегий, 1-й осени, сын Кидая второго гр. Шереметьева и Подруги Д.П.Вальцова. Эта собака, по моему мнению, хуже двух первых (Н.А.Болдарев выставлял ещё Кидая и Карая- прим.автора): роста он хорошего, но длинный, переслеговатый, безобразно растянутый…».

Таким образом, за исключением В.А.Левшина, отмечающего, что «степь или хребет, длинный и широкий, особливо же у суки», однако отмечающий, что «кобель не столько длинный считается красивейшим», авторы публикаций и различных специализированных изданий XIX века единодушны в том, что кобели должны быть «комковаты». А Вышеславцев конкретизирует - «в квадрате», суки длиннее. Здесь необходимо отметить, что «кобелеватые суки» тоже не считаются у авторов (заметим - завзятых псовых охотников и разведенцев) порочными. Но об этом чуть ниже.

Последующее описание собак последовало уже в советский период и отражено в Стандарте 1925 года. Но в этом стандарте, написанным Н.Н.Челищевым, нет и намека на указание о формате псовых борзых собак. И лишь в 1951 году разрабатывается новый Стандарт, в работе над которым участвовали В.Мамонтов и Н.А.Сумарокова.  Этот Стандарт утверждается Главным Управлением охотничьего хозяйства при Совете Министров РСФСР в 1959 году. Именно в этом Стандарте впервые сведения о формате обрели выражение в цифрах: «индекс растянутости у кобелей около 105, сук около 107». Те же параметры индекса растянутости повторяет и Стандарт 1969 года. И в 1981 году выходит Стандарт, которым мы пользуемся и поныне, определяющий индекс растянутости «кобелей около 102, у сук около 105». Здесь следует отметить, что у кобелей индекс растянутости как 102, так и тем более 105 не предполагают квадратного формата.

Таким образом, я соглашусь с комментарием В.В.Беделя в том, что «стремление к квадратности противоречит исторически сложившемуся подходу к разведению борзых» с одной поправкой, а именно - исторически сложившемуся подходу к разведению борзых определённого этапа СОВЕТСКОГО ПЕРИОДА, а именно - с конца 50-х годов прошлого века, но ни как не в дореволюционный. А ведь именно старинные псовые собаки славились своей пруткостью накоротке! Как бы мне не хотелось оказаться  в одной «лодке» с г.Е.Ерусалимским, но приходится признать, что здесь он прав, т.к. именно квадратные старинные псовые кобели (и несколько длиннее их суки) обладали жестокой резвостью накоротке. П.М.Мачеварианов писал, что короткость корпуса дает резвость накоротке, а растянутость силу вдаль. И здесь стоит задуматься вот о чем: каких собак мы хотим иметь на своих сворах? Растянутых «тянулок», которые ловят (если ловят) измученного русака на сороковой версте и к пяти годам имеющих спины «под седло», или собак резвых накоротке, собак, обладающих истинным стилем работы псовой борзой, т.е. пруткими, резвыми накоротке? Достаточно посмотреть фотографии беговых победителей (т.е. собак бегающих курсинг и рейсинг на короткие дистанции) - практически все они квадратного формата. Резвость накоротке – главное качество псовой борзой. И не следует смешивать специфику работы сеттера и стремительную (буквально несколько секунд) работу псовой борзой.

Далее хотелось бы поговорить ещё вот о чем: Валерий Владимирович пишет: «Мало того, новый стандарт допускает одинаковую растянутость кобелей и сук (индекс 102), что есть биологический нонсенс».

Мне кажется, что одинаковый индекс растянутости кобелей (его верхний предел) и сук (нижний предел) обусловлен спецификой строения спины борзой собаки и особенностями формирования собак этой породы. Русские псовые борзые – единственная порода охотничьих собак, обладающая значительной выгнутостью вверх грудного и поясничного отделов позвоночника, называемой у кобелей «верх», у сук «напружина». Борзые суки бывают как прямостепы, а значит они длиннее кобеля, так и с напружиной – несколько короткие, как написано выше - «кобелеватые». В молодости напружина у некоторых из таких сук бывает весьма значительна, с возрастом, или после щенения, напружина у них делается менее крутой, сука становится длиннее. Поэтому не стоит браковать сук, из-за несколько укороченного формата имеющих крутую напружину, который с возрастом войдет в норму, а для восстановления утраченного «верха» у кобелей такие суки неоценимы.

В рамках статьи невозможно так же подробно остановиться на других пунктах Проекта Стандарта которые критикует В.В.Бедель, но я уверенна, что дискуссия по этому вопросу обязательно будет продолжена т.к. тип нашей псовой борзой в последнее десятилетие стал стремительно меняться и зачастую не в лучшую сторону. И мне очень хотелось бы, чтобы критики предлагаемого нам Проекта Стандарта не были голословны. Чтобы они не просто перечисляли пункты, с которыми они не согласны, не просто задавали риторические вопросы, а грамотно и обоснованно отстаивали и подтверждали свою позицию.

 

Шлыкова Ирина

эксперт II категории по породам и испытаниям борзых

-->